<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?><rss version="2.0"
	xmlns:content="http://purl.org/rss/1.0/modules/content/"
	xmlns:wfw="http://wellformedweb.org/CommentAPI/"
	xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/"
	xmlns:atom="http://www.w3.org/2005/Atom"
	xmlns:sy="http://purl.org/rss/1.0/modules/syndication/"
	xmlns:slash="http://purl.org/rss/1.0/modules/slash/"
	>

<channel>
	<title>Вир Д. &#8212; Knigausa Bookstore: Russian Books</title>
	<atom:link href="https://knigausa.com/%D0%B0%D0%B2%D1%82%D0%BE%D1%80/%D0%B2%D0%B8%D1%80-%D0%B4/feed/" rel="self" type="application/rss+xml" />
	<link>https://knigausa.com</link>
	<description>Just another WordPress site</description>
	<lastBuildDate>Tue, 04 Jun 2024 04:07:07 +0000</lastBuildDate>
	<language>ru-RU</language>
	<sy:updatePeriod>
	hourly	</sy:updatePeriod>
	<sy:updateFrequency>
	1	</sy:updateFrequency>
	<generator>https://wordpress.org/?v=6.7.4</generator>
	<item>
		<title>Автор как герой. Личность и литературная традиция у Булгакова, Пастернака и Набокова. Джастин Вир</title>
		<link>https://knigausa.com/product/%d0%b0%d0%b2%d1%82%d0%be%d1%80-%d0%ba%d0%b0%d0%ba-%d0%b3%d0%b5%d1%80%d0%be%d0%b9-%d0%bb%d0%b8%d1%87%d0%bd%d0%be%d1%81%d1%82%d1%8c-%d0%b8-%d0%bb%d0%b8%d1%82%d0%b5%d1%80%d0%b0%d1%82%d1%83%d1%80%d0%bd/</link>
		
		<dc:creator><![CDATA[]]></dc:creator>
		<pubDate>Tue, 04 Jun 2024 04:06:10 +0000</pubDate>
				<guid isPermaLink="false">https://knigausa.com/product/%d0%b0%d0%b2%d1%82%d0%be%d1%80-%d0%ba%d0%b0%d0%ba-%d0%b3%d0%b5%d1%80%d0%be%d0%b9-%d0%bb%d0%b8%d1%87%d0%bd%d0%be%d1%81%d1%82%d1%8c-%d0%b8-%d1%82%d1%80%d0%b0%d0%b4%d0%b8%d1%86%d0%b8%d1%8f-%d1%83-%d0%b1/</guid>

					<description><![CDATA[Джастин Вир рассматривает сложные взаимоотношения между авторской саморефлексией и литературной традицией в трех самых известных русских романах первой половины двадцатого века: «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова, «Доктор Живаго» Бориса Пастернака и «Дар» Владимира Набокова.Оригинальное прочтение этих романов выявляет значительный сдвиг, произошедший в русской традиции психологической прозы 20 века. Согласно Виру, все три романиста по-своему отвечают на двойной кризис, характеризующий их время: общую модернистскую дестабилизацию идентичности и отчуждение от литературной традиции, случившееся после Революции 1917 года.Используя различные литературные приемы саморефлексии (например, mise en abyme), эти авторы вновь включают литературную традицию в свои произведения, создавая таким образом особый взгляд на личность.Герой в этих романах – это не результат непрерывного процесса развития и не прямое следствие отношения индивида к более крупным историческим событиям. Скорее, герой определяется в самом акте написания, поэтому каждый герой также является своего рода автором.В результате появляется новая разновидность романа, которая фокусируется на личности художника, раскрывающейся в процессе письма.Благодаря новаторской интерпретации этих романов и убедительным историческим, культурным и теоретическим прозрениям «Автор как герой» предлагает новый взгляд на важный момент в эволюции русской литературы]]></description>
										<content:encoded><![CDATA[<p>Джастин Вир рассматривает сложные взаимоотношения между авторской саморефлексией и литературной традицией в трех самых известных русских романах первой половины двадцатого века: «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова, «Доктор Живаго» Бориса Пастернака и «Дар» Владимира Набокова.Оригинальное прочтение этих романов выявляет значительный сдвиг, произошедший в русской традиции психологической прозы 20 века. Согласно Виру, все три романиста по-своему отвечают на двойной кризис, характеризующий их время: общую модернистскую дестабилизацию идентичности и отчуждение от литературной традиции, случившееся после Революции 1917 года.Используя различные литературные приемы саморефлексии (например, mise en abyme), эти авторы вновь включают литературную традицию в свои произведения, создавая таким образом особый взгляд на личность.Герой в этих романах – это не результат непрерывного процесса развития и не прямое следствие отношения индивида к более крупным историческим событиям. Скорее, герой определяется в самом акте написания, поэтому каждый герой также является своего рода автором.В результате появляется новая разновидность романа, которая фокусируется на личности художника, раскрывающейся в процессе письма.Благодаря новаторской интерпретации этих романов и убедительным историческим, культурным и теоретическим прозрениям «Автор как герой» предлагает новый взгляд на важный момент в эволюции русской литературы</p>
]]></content:encoded>
					
		
		
		<post-id xmlns="com-wordpress:feed-additions:1">1480421</post-id>	</item>
	</channel>
</rss>
