«Океан лежал неподвижно, бездыханно, изредка только мелкая морщинка набегала и таяла у песка. Он прилежно отражал облачко, остров Санта-Клара, яхты за буйками. И вдруг изогнулся, как рыбина, сверкнул глазом, выдохнул и жахнул лапой по берегу, подняв облако брызг…
Небо в ответ почернело, рванул ветер, прошел по эстакаде, кинулся в каменную грудь набережной, помчался по улицам. А океан бил еще и еще, он дышал, хрипел, рычал… Потом, повертев волнами, перевернулся на другой бок, засопел и стал стеклом, зеркалом, да таким безупречным, что в отражении можно было разглядеть каждое перышко чайки, черную бусину глаза и радостно выскакивающий из раскрытого клюва язычок.
Майя обомлела. Ей показалось, что ветер приподнял ее и после бережно, как драгоценное дитя, поставил на место».