Ангедония. Проект Данишевского — Knigausa Bookstore: Russian Books

Диктаторы и террористы

Sat, 25 May 2024 16:36:06 +0000

Любое время — ужасно для думающего современника. Свидетельства Александра Пумпянского о новейших временах; исполненные им портреты разных политических систем и политиков; описание болевых точек человечества и поиски общего знаменателя — все это вы найдете в этой книге.Как говорится на популярном ныне интернет-языке, «многобукв» — но оно того стоит.

Непрошедшее время

Tue, 07 Sep 2021 19:53:05 +0000

Майя Лазаревна Пешкова – легендарный корреспондент «Эха Москвы», автор программ «Титульный лист» и «Непрошедшее время». Именно благодаря ей в эфире «Эха Москвы» впервые зазвучали голоса известных писателей, актеров, режиссеров, искусствоведов. В этой книге разговоры – с Александром Сокуровым, Алексеем Баталовым, Михаилом Пиотровским, Владимиром Познером и многими другими.

Диссиденты

Mon, 06 Sep 2021 08:22:05 +0000

Под этой обложкой объединены самые разные голоса, в свое время — с конца 1950-х до середины 1980-х — принадлежавшие в СССР общественному движению инакомыслящих, получившему имя диссидентства. Это голоса разных поколений, разных политических убеждений, разных судеб. Советское диссидентство никогда не было монолитным политическим движением — это всегда был разноголосый хор, объединенный не политическими, но этическими установками. Эта книга дает ему возможность быть услышанным.

Бутырка. Тюремная тетрадь

Mon, 06 Sep 2021 02:26:22 +0000

Я была успешной телеведущей — в те времена, когда смотреть телевизор не было делом зазорным. Мой муж Алексей Козлов был успешным предпринимателем — со всеми атрибутами стиля, которого мы сейчас стеснялись бы. Все закончилось в один день, когда в нашу жизнь вошла тюрьма. Закончились внезапно друзья, связи и даже родственники. Закончились деньги, успех и новые платья. Начались тюремные очереди, поиск адвокатов, передачи, судебные заседания, путешествия по ближним и дальним зонам страны.
Мы боролись — и победили. Мы встретили много прекрасных и удивительных людей по обе стороны колючей проволоки, которые страдали, любили, шутили, помогали друг другу. Мы попытались сохранить их в своей жизни, не упустить ни одного — так родилось движение «Русь Сидящая», которое старается помочь людям, которые столкнулись с неизвестным, непонятным, страшным.
Вы сейчас держите в руках тюремные дневники, которые мы вели одновременно: Алексей в тюрьме, я на воле. Мы писали друг для друга, чтобы знать, понимать, прочувствовать и сохранить. Скоро стало понятно, что дневники надо публиковать. Я боялась, повторяя привычное, российское, тюремное: «Как бы хуже не было». Муж убедил меня, что хуже не будет, и был прав. Но я ведь тогда не знала этого, поэтому ни в Бутырка-блоге, ни в первом издании дневников не было его имени.
Срок, который изначально получил Алексей, должен был закончиться в 2016 году — восемь лет. Алексей давно на свободе, работает и помогает мне в «Руси Сидящей». И мы хотим вам сказать только одно: ничего не бойтесь. Не предавайте себя, боритесь. Тюрьма — не конец, тюрьма может стать началом другой, прекрасной жизни, в которой не будет места ничему лишнему. Стыдному и зазорному.

О русском акционизме

Mon, 06 Sep 2021 01:43:14 +0000

«Зашивая себе рот на фоне Казанского собора, я хотел показать положение современного художника в России: запрет на гласность. Мне претит запуганность общества, массовая паранойя, проявление которой я вижу повсюду». Отвечая в одном интервью на вопрос об оригинальности своего жеста, Павленский заявил: «Такая практика была и у художников, и среди заключенных, но для меня это не имело никакого значения.Вопрос первичности и оригинальности для меня никак не стоял. Не было задачи кого-то удивить, придумать что-то необычное. Тут, скорее, надо было сделать жест, который точно отражает мою ситуацию».Ключевые слова: О русском акционизме, Петр Павленский, Ангедония, Проект Данишевского

Война и миф

Sat, 05 Dec 2020 08:17:58 +0000

Это расширенное и дополненное издание книги о войнах, революциях и переворотах, о страшном и смешном, о жизни и смерти.Но прежде всего эта книга о людях, которые оказываются вольными или неволь -ными свидетелями и участни ками кризисных и часто судьбоносных событий. Одним из таких свидетелей несколько лет подряд оказывал ся журналист Михаил Зыгарь. Он проник в узбекский город Андижан сразу после подавления произошедшего там мятежа. Побывал в Ираке и познакомился с жерт вами идущей там войны.Но главное, куда бы ни попадал репортер Зыгарь, он всякий раз обнаруживал, что войны и революции – вовсе не то, чем они кажутся. А жизнь и смерть отдалены друг от друга всего на шаг или того меньше,как, впрочем, и ужасное – от смешного, мир – от кризиса, а реальность – от мифа.

Библия бедных

Sat, 25 Jul 2020 18:11:05 +0000

О чем шушукаются беженцы? Как в Сочи варят суп из воробья? Какое мороженое едят миллиардеры? Как это началось и когда закончится? В «Библии бедных» литература точна, как журналистика, а журналистика красива, как литература. «Новый завет» — репортажи из самых опасных и необычных мест. «Ветхий завет» — поэтичные рассказы про зубодробительную повседневность. «Апокрифы»» — наша история, вывернутая наизнанку. Евгений Бабушкин — лауреат премии «Дебют» и премии Горчева, самый многообещающий рассказчик своего поколения — написал первую книгу. Смешную и страшную книгу про то, как все в мире устроено.»Бабушкин умеет переживать чужую боль и говорить об этом без обличительной пошлости и рваного воротника. Он пишет документы обвинения и надежды. Пронзительно тает снег в твоем протестно сжатом кулаке… В рассказах Бабушкина много неполных, незаконченных, недостроенных тел. Тела — как ломаная мебель в обстановке капитализма. Мебель, по которой бегут биржевым курсом декоративные трещины отчуждения. Но непобедимая и неубиваемая нежность жизни — в самом корявом углу этого неуютного мира» Алексей Цветков-младший, писатель»Если смешать фотльклор и социально-критический реализм, ипохондрию Хармса и античный стоицизм, получится проза, как у Евгения Бабушкина.Рассказы эти похожи на карман, в котором всякая мелочь побренькивает, пока не прорвет брешь. Один за другим заурядные с виду герои Бабушкина обнаруживают в повседневности космических размеров прореху, из которой ударяет по ним не то божий свет, не то слепой бич, не то своенравие автора, который, кажется, мог придумать истории еще более абсурдные, но не считает нудным приукрашивать чистый иррационализм натуры». Валерия Пустовая, литературный критик.

Марксизм как стиль

Sat, 04 Jul 2020 10:40:04 +0000

Алексей Цветков – писатель (лауреат премий Андрея Белого, НОС и Нонконформизм), публицист и политический активист левого движения.
Что из советского прошлого может быть взято в посткапиталистическое будущее? Как изменилась классовая структура общества и можно ли заметить эти перемены в нынешних медиа, поэзии, музыке, кино и мультипликации? В чем состоит притягательность митингов? Почему атрибуты вчерашнего бунта становятся артефактами в престижном лондонском музее?
В своей новой книге он рассказывает о том, что такое современный марксизм и как он применяется к элитарной и массовой культуре. Делится личным педагогическим опытом и вспоминает персональные «революционные ситуации», которые навсегда изменили его жизнь, а также перечисляет плюсы и минусы европейских антикапиталистов. Чего хотели немецкие «городские партизаны» и почему не стоит выносить тело Ленина из Мавзолея? Есть ли в современном искусстве утопическая сторона и как она соотносится с рыночным конформизмом рекламы? На кого хотели быть похожими местные рок-звезды и почему ни одна конспирологическая теория не может оказаться правдой даже чисто теоретически?