Классика. Вайль и Генис — Knigausa Bookstore: Russian Books

Родная речь

Sat, 01 Jun 2024 05:05:01 +0000

«Читать главные книги русской литературы — как пересматривать заново свою биографию. Жизненный опыт накапливался попутно с чтением и благодаря ему… Мы растем вместе с книгами — они растут в нас. И когда-то настает пора бунта против вложенного еще в детстве отношения к классике», — написали Петр Вайль и Александр Генис в предисловии к самому первому изданию своей «Родной речи».Авторы, эмигрировавшие из СССР, создали на чужбине книгу, которая вскоре стала настоящим, пусть и немного шутливым, памятником советскому школьному учебнику литературы. Мы еще не забыли, как успешно эти учебники навеки отбивали у школьников всякий вкус к чтению, прививая им стойкое отвращение к русской классике. Авторы «Родной речи» попытались снова пробудить у несчастных чад (и их родителей) интерес к отечественной изящной словесности. Похоже, попытка увенчалась полным успехом. Остроумный и увлекательный «антиучебник» Вайля и Гениса уже много лет помогает выпускникам и абитуриентам сдавать экзамены по русской литературе.С детства, входя в кабинет литературы, мы привыкли съеживаться под взглядами атлантов, грозно взирающих на нас со школьных стен. Толстой, Тургенев, Достоевский – серьезные, бородатые, суровые. Один Пушкин веселый, но ему можно – он вообще небожитель. Но довольно! “Родная речь” – это книга, созданная для того, чтобы очеловечить, актуализировать и, в конце концов, оживить русскую классику.Авторы приглашают нас разделить с ними удовольствие от новых открытий. Часто за блестящими замыслами скрываются общественные тенденции, а слава бежит впереди писателя, навязывая ему свою волю. В книге нет профанации, авторы не стремятся умалить масштаб классиков. Вайль и Генис ставят их в такой контекст, который оставляет место вопросу, сомнению, критике. А из этого, в свою очередь, рождается настоящий диалог.“Родная речь” – не учебник, но то, чем учебник должен быть. Это точный исторический контекст, глубокий литературоведческий анализ и, наконец, легкий и живой язык, увлекающий своей точностью. Для кого-то эта книга станет новым взглядом на уже давно позабытое старое, а кому-то поможет в первый раз без скуки открыть для себя школьную программу.

Русская кухня в изгнании

Thu, 30 May 2024 13:15:08 +0000

18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЁН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ГЕНИСОМ АЛЕКСАНДРОМ АЛЕКСАНДРОВИЧЕМ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ГЕНИСА АЛЕКСАНДРА АЛЕКСАНДРОВИЧА“Русская кухня в изгнании” — сборник очерков и эссе на гастрономические темы, написанный Петром Вайлем и Александром Генисом в Нью-Йорке в середине 1980‑х, — это ни в коем случае не поваренная книга, хотя практически каждая из ее глав увенчана простым, но изящным и колоритным кулинарным рецептом. Перед нами — настоящий, проверенный временем и собравший огромную армию почитателей литературный памятник истории и культуры. Монумент целой цивилизации, сначала сложившейся на далеких берегах благодаря усилиям “третьей волны” русской эмиграции, а потом удивительно органично влившейся в мир и строй, что народился в новой России.Вайль и Генис снова и снова поражают читателя точностью наблюдений и блестящей эрудицией. Их очерки посвящены, как становится все яснее по мере чтения, не столько русской кухне, сколько самим русским (в самом широком, “геополитическом” смысле этого слова) людям, русской жизни и русским временам. А то, что каждое из этих остроумных эссе предлагает нам еще и сугубо гастрономическое открытие, — дополнительный подарок, приготовленный нам щедрыми авторами.

60-е. Мир советского человека

Mon, 25 Dec 2023 00:01:08 +0000

Эта книга посвящена эпохе 60‑х, которая, по мнению авторов, Петра Вайля и Александра Гениса, началась в 1961 году XXII съездом Коммунистической партии, принявшим программу построения коммунизма, а закончилась в 68‑м оккупацией Чехословакии, воспринятой в СССР как окончательный крах всех надежд. Такие хронологические рамки позволяют выделить особый период в советской истории, период эклектичный, противоречивый, парадоксальный, но объединенный многими общими тенденциями. В эти годы советская цивилизация развилась в наиболее характерную для себя модель, а специфика советского человека выразилась самым полным, самым ярким образом. В эти же переломные годы произошли и коренные изменения в идеологии советского общества.Книга «60‑е. Мир советского человека» вошла в список «лучших книг нон-фикшн всех времен», составленный экспертами журнала «Афиша».