Философия и богословие — Knigausa Bookstore: Russian Books

Театр зависти. Уильям Шекспир (новый тираж, новая цена)

Tue, 28 May 2024 02:38:08 +0000

Крупнейший современный литературный и культурный критик, антрополог и философ обращается к творчеству Шекспира и находит там подтверждения своей миметической теории. По мнению Жирара, люди стремятся к объектам не ради их собственной ценности, а в силу того, что они желанны кем-то еще — мы подражаем или копируем их желания. В таком миметическом желании автор видит одну из основ человеческого бытия.Используя свой метод, Жирар выявляет ранее не замеченную внутреннюю согласованность проблемных пьес, таких как «Троил и Крессида», и поднимает статус «Сна в летнюю ночь» от хаотической комедии до шедевра. Книга изобилует новыми и неожиданными интерпретациями: Шекспир предстает «пророком современной рекламы», а угроза ядерной катастрофы прочитывается в свете «Гамлета». Пожалуй, самое интригующее в ней — краткая, но блестящая глава, трактующая в совершенно новой перспективе лекцию Стивена Дедала о Шекспире в «Улиссе» Джойса. По мнению Жирара, только Джойс, возможно величайший романист ХХ века, приблизился к пониманию величайшего драматурга Возрождения.Рене Жирар утверждает, что его работа о Шекспире «неразрывно связана со всем, что я когда-либо написал». На протяжении более пятидесяти лет он писал о миметическом, или «заимствованном» желании и о конфликте, который оно порождает. У его прозрений есть удивительные параллели в шекспировских пьесах и поэмах, особенно в «Сне в летнюю ночь», «Юлии Цезаре» и «Зимней сказке». Поэтому «Театр зависти» — необходимая часть жираровского «канона».Майкл Кирван, О.И., Институт Лойолы, Тринити-колледж, ДублинБлестящее и глубокое исследование, неожиданное прочтение Шекспира. Жирар видит в великом драматурге конгениального мыслителя, почти современника, который смог проникнуть в самые основания человеческого социума и обнаружил там миметическое насилие.Алексей Бодров, ректор ББИТо, что многие прочтения Жирара «окончательны» — отличительная черта его гения. Я имею в виду, что если уж вы поняли его подход к отдельной пьесе, то уже не сможете пренебречь им. Скорее, его интерпретация становится проблемой сбивающего с толку здравого смысла, того, что мы знали всегда.Джеймс Алисон, католический священник и богослов»Зависть, как и миметическое желание, ставит нечто желаемое в зависимость от того, кто имеет с ним привилегированную связь. Зависть жаждет высшего бытия, которым не обладают этот кто-то или нечто по отдельности, а лишь их соединение. Зависть невольно свидетельствует об ущербности бытия. …Миметический подход разрешает многие «проблемы» так называемых проблемных пьес. … Он открывает драматургическое единство и тематическую преемственность шекспировских пьес, позволяет понять, как менялись представления автора, и осмыслить историю его творчества в связи с его личной историей. Наконец, миметический подход открывает оригинального мыслителя, на века опередившего свое время, более современного, чем любой из наших так называемых ведущих мыслителей.Шекспир обнаружил силу, которая периодически разрушает систему культурных различений и опять восстанавливает ее — это миметический кризис, который он называет кризисом Различия (Degree). Он видит его разрешение в коллективном насилии механизма козла отпущения (например Юлий Цезарь). Омега одного культурного цикла становится альфой другого. Именно единодушное преследование жертвы (victimage) преобразует разрушительную силу миметического соперничества в созидающую силу жертвенного мимесиса, периодически реконструируя изначальное насилие, чтобы предотвратить возвращение кризиса».Рене Жирар

Я вижу Сатану, падающего, как молния (3-е изд.) допечатка, новая цена

Mon, 27 May 2024 22:08:07 +0000

Книга выдающегося философа Рене Жирара — одна из лучших современных антропологических апологий христианства — развивает проблематику жертвоприношения, миметического насилия, понимаемого как акт, лежащий в основе культуры и социума. Автор обращается к великим библейским темам зла и прежде всего — к теме Сатаны. По его мнению, Евангелия есть скорее учение о человеке, чем о Боге, карта насилий человечества, в которой его замыкают гордость и зависть. Обнаружить это учение о человеке и принять его, считает философ, значит воскресить идею Библии как целостного пророчества о Христе. Жирар рассматривает Евангелия как ключ ко всей мифологии прошлого, равно как и к будущим мифологиям, к той неслыханной истории, которая нас ожидает.3-е издание.

Завершить Клаузевица. Беседы с Бенуа Шантром (новинка) ОЖИДАЕТСЯ ПОСЛЕ 27.11.2018

Fri, 24 May 2024 14:18:06 +0000

Эта книга – последняя значительная работа выдающегося франко-американского ученого, философа и богослова Рене Жирара, фактически его завещание. Исследуя вместе со своим коллегой Бенуа Шантром трактат «О войне» прусского военного теоретика Карла фон Клаузевица, философ находит в нем ключ к самой сущности современности: это нарастающее противостояние миметических соперников в глобальном масштабе вплоть до полного уничтожения одного из них, которое может совпасть с гибелью целой планеты. Так, согласно Жирару, и выглядит апокалипсис – апофеоз человеческого, а не божественного насилия. Подобная перспектива ставит нас перед лицом выбора: пройдя сквозь горнило войны, отречься от насилия и спастись – или сгинуть навеки. «Более чем когда-либо я убежден, что у истории есть смысл, и он ужасает – но “там, где опасность, растет и спасительное”».

Вещи, сокрытые от создания мира (новый тираж) в продаже с 15.11.2018

Mon, 20 May 2024 23:50:05 +0000

Линч (Lynch) Генри Финис Блос (1862—1913), ирландский географ и путешественник, арменовед, общественно-политический деятель. На основе материалов, собранных во время двух путешествий в Армению (в 1893—94 и в 1898), Линч написал приобретший широкую известность труд «Армения» (1901), состоящий из двух томов — «Русская Армения» и «Турецкая Армения». Труд содержит ценные сведения об истории, этнографии, фольклоре армянского народа, географии и демографии Армении, статистические данные.

Я вижу Сатану, падающего, как молния

Mon, 20 May 2024 06:59:04 +0000

Париж — «самая элегантная столица мира», огромный музей скульптуры под открытым небом. И что немаловажно, изображение коня, а также его мифологических родственников — кентавров и пе‑гасов, встречается в нем очень часто. Они повсюду: рядом с Лувром, на главной парижской площади Конкорд (Согласия), у соборов Нотр‑Дам‑де‑Пари и Сакре‑Кёр, на Триумфальных арках, на Гранд‑опера, у Эйфелевой башни… Эта книга — рассказ о времени и истории создания конной скульптуры, о ее создателях, о ее жизни в городе, о ее современном состоянии и немного о том, что находит‑ся рядом с ней. Практически вся описанная монументальная скульптура расположена на открытом городском пространстве, а потому доступна для осмотра в любое время. В книге много иллюстраций. Она адресована широкому кругу читателей, прежде всего тем, кто не только любит гулять по городу, но и умеет замечать красоту, созданную предыдущими поколениями

От имяславия к эстетике. Концепция символа Алексея Лосева. Историко-философское исследование. Оболевич Т.

Sun, 19 May 2024 00:50:03 +0000

Книга посвящена творчеству выдающегося представителя русского религиозно-философского ренессанса Алексея Лосева. Автор находит сквозную тему, которая сплачивает все созданное великим философом в единое целое, начиная с юношеских эссе и кончая монументальными, зрелыми сочинениями. Этот общий знаменатель — Символ, трактуемый Лосевым с перспективы разнообразных сфер человеческой деятельности: религиозной, художественной, языковой, историко-философской и т.п. Сестра Тереза Оболевич, католическая монахиня и известный польский специалист по истории философии, обратилась к сложнейшим проблемам Имени и Символа в творчестве великого русского философа и православного мыслителя Алексея Федоровича Лосева. Ее книга несомненно привлечет внимание читателей, интересующихся нашей культурой. А. А. Тахо-Годи, заслуженный профессор МГУ имени М.В. Ломоносова.Целиком разделяю интерпретацию Терезой Оболевич мысли Лосева. (….) Впечатляет, как развивалась проблематика имяславских споров, находя отражение в эстетике, философии культуры, языка, музыки и… математики.Анджей де Лазари, профессор Лодзинского университета (Польша) Историк философии, филолог, советолог.Книга Терезы Оболевич о философском творчестве А.Ф.Лосева — еще один мост между российским и западным философскими мирами. Даст Бог, интенсивность движения по этим мостам будет нарастать в обе стороны к пользе и здоровью европейской культуры. По-женски тщательная и по-мужски серьезная книга найдет достойное место в российской философской библиотеке, как уже нашла в польской. В.Н.Порус, доктор философских наук, ординарный профессор Национального исследовательского университета — «Высшая школа экономики» (Москва).Тереза Оболевич — доктор философии, заведующая кафедрой философии религии Папского университета Иоанна Павла II в Кракове (Польша), член Центра междисциплинарных исследований им. Коперника. Автор более 100 публикаций, в том числе трех книг, посвященных русской философии, истории философии, проблеме отношений между верой и знанием.

Секулярный век (новинка) В типографии, в продаже с 15.11.2016

Wed, 01 Jun 2022 03:46:05 +0000

В этой знаменательной для нашего времени книге Чарльз Тейлор поднимает вопрос о том, что именно происходит, когда общество, в котором практически невозможно не верить в Бога, превращается в такое, где вера, даже для самых убежденных верующих, — это лишь одна из человеческих возможностей наряду с другими. Тейлор, один из самых проницательных мыслителей в этой области, предлагает нам историческую перспективу. Он исследует развитие тех аспектов эпохи модерна в «западном христианстве», которые мы называем секулярными. То, что он описывает, — это не единое непрерывное преобразование, а серия новых направлений, в которых прежние формы религиозной жизни растворились или дестабилизировались, а на их месте были созданы новые. Что это значит для мира, включая новые формы коллективной религиозной жизни, которые он поддерживает, с их тенденцией к мобилизации масс, порождающей насилие, — это то, что Чарльз Тейлор пытается понять в своей книге, настолько же своевременной, насколько стоящей вне времени.