Радиге. Бал у графа д’Оржеля

Два романа, два шедевра Реймона Радиге, гения, умершего в 20 лет и оставившего яркий след во французской литературе начала XX века.»Я горел, я спешил, словно люди, знающие, что должны умереть молодыми, и потому живущие взахлеб», — эти провидческие слова Реймон Радиге вложил в уста героя «Дьявола во плоти», а получилось о себе самом. Судьба не дала ему времени на раскачку, на черновик. Радиге умер в 20 лет, успев за свою короткую жизнь очень многое: два великолепных романа, стихи, пьесы, либретто опер, журнальные статьи, акварельные иллюстрации к собственным стихам…В сборнике представлены два романа: «Дьявол во плоти» и «Бал у графа д’Оржеля».»Дьявол во плоти» — пронзительный роман о юношеской любви со всем ее эгоизмом, крайностями, жестокостями: дерзкие чувства, «изложенные на страницах школьной тетрадки в клеточку». Самая пронзительная, возможно, единственная по-настоящему честная книга о юности, написанная фактически ребенком.»Бал у графа д’Оржеля» вышел уже…Два романа, два шедевра Реймона Радиге, гения, умершего в 20 лет и оставившего яркий след во французской литературе начала XX века.»Я горел, я спешил, словно люди, знающие, что должны умереть молодыми, и потому живущие взахлеб», — эти провидческие слова Реймон Радиге вложил в уста героя «Дьявола во плоти», а получилось о себе самом. Судьба не дала ему времени на раскачку, на черновик. Радиге умер в 20 лет, успев за свою короткую жизнь очень многое: два великолепных романа, стихи, пьесы, либретто опер, журнальные статьи, акварельные иллюстрации к собственным стихам…В сборнике представлены два романа: «Дьявол во плоти» и «Бал у графа д’Оржеля».»Дьявол во плоти» — пронзительный роман о юношеской любви со всем ее эгоизмом, крайностями, жестокостями: дерзкие чувства, «изложенные на страницах школьной тетрадки в клеточку». Самая пронзительная, возможно, единственная по-настоящему честная книга о юности, написанная фактически ребенком.»Бал у графа д’Оржеля» вышел уже после смерти автора и был подготовлен к печати Жаном Кокто, отмечавшим в предисловии: «Двадцатилетний юноша написал книгу, которую невозможно написать в двадцатилетнем возрасте».