Парадокс Тесея: роман

Петербург. Парадные фасады, скрытые строительными сетками, увечные колонны, саднящие обвалы штукатурки. Желтый, грязный и величественный город зримо обращается в пыль. Группа сумасбродных партизан-реставраторов берется нелегально восстановить бальный зал в заброшенном особняке, а чтобы привлечь деньги, проводит дерзкую художественную акцию… Но что останется от них самих после этого? Город — пространство выбора, где люди узнают себе цену и лишь некоторые получают шанс на спасение.Роман — гимн человеку деятельному, человеку неравнодушному — неожиданный и необходимый сейчас текст о мощи одиночки и о неизбежной отзывчивости мира даже на самое малое действие.Солнце медными кимвалами било в окна сонных домов и в каждом будило маленькое вздрагивающее небо. В перспективе улицы Пестеля из разреженной молодой листвы вздымался тугой соборный купол с золотым высверком креста. Снег давно и покорно сошел, лишь изредка под ногой лопалась случайная ледяная корочка, последняя примета немощных ночных холодов.Роман — гимн человеку деятельному, человеку неравнодушному — неожиданный и необходимый сейчас текст о мощи одиночки и о неизбежной отзывчивости мира даже на самое малое действие.Грозовая хмарь на улице рассеялась. Резкое солнце пекло плечи. Желеобразная смывка кошмарно воняла, но действовала отменно: застарелая краска на витраже набрякла и пошла хлопьями. Остатки Нельсон снимал то шпателем, то скальпелем, после чего долго оттирал растворителем листья и бутон стеклянного тюльпана.Для поклонников современной прозы, любителей петербургского текста, всех, кто ищет книги, где история искусства переплетается с динамичным сюжетом.