Связанные одной нитью: Женщины, ткань и общество в Древнем мире. Первые 20 000 лет

20 000 лет назад женщина создает свое первое изделие из волокон, и с этого момента начинается история ткани. Елена Троянская вышивает на пурпуре подвиги троянцев, а Пенелопа создает полотно днем и распускает ночью, чтобы обмануть претендующих на ее руку женихов. Медея пропитывает ткани кровью дракона, чтобы расправиться с соперницей, ассирийские женщины приобретают шерсть и ведут дела, а египетские фрески изображают женщин за веретеном. На протяжении многих столетий они ткали и пряли, стригли овец и обрабатывали лен, скручивали нити и шили. Узор на тунике или платье стал символом социального статуса и богатства.Исследуя древнейшие изделия из ткани — простые накидки каменного века и шумерские туники, причудливые минойские платья и пурпур римских императоров, — выдающийся историк Элизабет Барбер искусно переплетает сюжетные нити и помещает историю женщин и женского труда на историческую канву. В этой книге, впервые опубликованной 30 лет назад и ставшей классикой, на передний план выходит повседневная жизнь женщин через ткань — ткань, которую они пряли, шили и носили.Это масштабная историческая книга, которая меняет привычный взгляд на историю Древнего мира: перед нами не просто рассказ о ткани, а новая перспектива на историю цивилизации и историю человечества, где культура повседневности становится ключом к большим переменам.Книга охватывает Древнюю Грецию, Древний Египет, шумеров и Вавилон, соединяя археологию, мифологию и культурологию в цельное повествование, освещающее главное в истории и показывающее, что ткачество — ключ к тому, как создать цивилизацию заново. Это глубокая книга по истории мира, написанная живо и увлекательно, для тех, кому близки такие нон фикшн книги, как Мишель Пастуро «История цвета».Также это важная книга в поле феминизма и гендерной истории — одна из тех книг о женщинах, которые возвращают их место в большой мировой истории. Для читателей, которых интересуют культура, образы античности, ремесло и то, как формируется культурный код.