Автоархеология 1978-1998

«… Не знаю, как было раньше, но сейчас мне кажется невозможным существование какого-то отвлеченного, академического знания. Теперь каждое знание должно становиться самопознанием. И если это отнести к музыке, то можно заключить, что путь познания музыки должен превратиться в путь самопознания. В конечно итоге, если говорить откровенно, меня совсем не интересует, что такое музыка, меня интересует, почему я задаю этот вопрос и чем ответ на этот вопрос будет чреват для меня лично. Меня интересует музыка как самоисследование и самоисследование как музыка, и если я действительно думаю именно так, то тут уже не могут помочь ни теория и история музыки, ни музыкальная социология, ни музыкальная антропология, ни даже музыкальная теология. Здесь нужен принципиально новый поворот знания, принципиально новая дисциплина, и поскольку эта дисциплина непременно должна быть связана со мною лично и с моим собственным я, то такой дисциплиной может быть только музыкальная автоархеология, т.;е. археология моего я через музыку и археология музыки через мое я. Ответ на вопрос Что такое музыка? невозможно получить, если прежде не ответить на вопрос Что такое мое я, задающееся вопросом что такое музыка?, и поэтому вопрос Что такое музыка? сводится к вопросу Что такое есть мое я?. Вернее, эти два вопроса неразделимы, поэтому-то речь и заходит об автоархеологии…»Владимир МартыновВторая часть Автоархеологии Владимира Мартынова охватывает события 1978-1998 годов со времени ухода композитора из пространства культуры в пространство Церкви до момента завершения его работы в Московской духовной академии.Цитируя созданный в то же время Трактат о богослужебном пении, автор противопоставляет художественное выражение реальности молитвенному погружению в реальность, овладев которым человек заблудившийся, пришедший на смену человеку разумному, получит возможность преодолеть непроходимую чащу окружающей действительности.