Роман «Пансионат» польского писателя Петра Пазиньского (р. 1973) критики назвали «первым литературным голосом поколения внуков Холокоста».Роман о путешествии в мир детства, в старый еврейский пансионат под Варшавой, где герой книги — «последний из цепочки поколений, ухватившийся за самый кончик», — проводил когда-то каникулы с бабушкой. Как теперь он понимает, это место казалось горстке уцелевших польских евреев «прибежищем в пустыне, остановкой на пути скитаний», «ковчегом». Пансионат почти опустел — большинство постояльцев давно уже на том свете, а те, что блуждают по комнатам, напоминают скорее привидения, чем людей из плоти и крови. Так немного осталось от прежнего мира… Встречаясь то ли с последними его постояльцами, то ли с тенями — персонажами из прошлого, он погружается в детство, ощущая собственную неразрывную связь со стариками. Это поэтичная и одновременно местами гротескная элегия уходящему миру.»Эта книга, «археология памяти», не позволяет окончательно кануть в Лету тому миру, который он вспоминает…» («Газета Выборча»)»Я поспешно высыпал содержимое свертков на стол и начал раскладывать старые фотографии, словно пасьянс… Может, только случай позволил уцелеть этим людям, чтобы свидетельствовать, кричать и оплакивать и никогда не забыть или забыть навсегда, но все равно помнить — из поколения в поколение, до конца, до последнего вздоха или даже на один день дольше…» (Петр Пазиньский)
Пансионат
ПрочиеРоман «Пансионат» польского писателя Петра Пазиньского (р. 1973) критики назвали «первым литературным голосом поколения внуков Холокоста».Роман о путешествии в мир детства, в старый еврейский пансионат под Варшавой, где герой книги — «последний из цепочки поколений, ухватившийся за самый кончик», — проводил когда-то каникулы с бабушкой. Как теперь он понимает, это место казалось горстке уцелевших польских евреев «прибежищем в пустыне, остановкой на пути скитаний», «ковчегом». Пансионат почти опустел — большинство постояльцев давно уже на том свете, а те, что блуждают по комнатам, напоминают скорее привидения, чем людей из плоти и крови. Так немного осталось от прежнего мира… Встречаясь то ли с последними его постояльцами, то ли с тенями — персонажами из прошлого, он погружается в детство, ощущая собственную неразрывную связь со стариками. Это поэтичная и одновременно местами гротескная элегия уходящему миру.»Эта книга, «археология памяти», не позволяет окончательно кануть в Лету тому миру, который он вспоминает…» («Газета Выборча»)»Я поспешно высыпал содержимое свертков на стол и начал раскладывать старые фотографии, словно пасьянс… Может, только случай позволил уцелеть этим людям, чтобы свидетельствовать, кричать и оплакивать и никогда не забыть или забыть навсегда, но все равно помнить — из поколения в поколение, до конца, до последнего вздоха или даже на один день дольше…» (Петр Пазиньский)
$34.49
Нет в наличии
| Вес | 6.4 унция |
|---|---|
| Габариты | 21.59 × 14.48 × 2.54 дюйм |
| EAN | 9785751614690 |
| количество-страниц | 190 |
| Издательство | |
| переплет | Твердый переплет |
| Автор | |
| стандарт | 22 |
| дата-получения | 23.04.2018 |
| Год выпуска | |
| формат-ммсм | 120×165 |
| SKU | 638353 |
| город | Москва |
| Язык текста | |
| тираж | 1000 |
| handling_time | 14 days |
| ISBN | 978-5-7516-1469-0 |
| формат | 70×100/32 |









