Нервы, деньги, полимеры. История трансформации молекул и людей

В 1990-е годы крупная российская промышленность оказалась на грани выживания. Разрушились устоявшиеся экономические связи, а наступление эры открытых рынков продемонстрировало огромное отставание постсоветских производств от конкурентов в развитых странах. Некоторые отрасли, такие как микроэлектроника и гражданское самолетостроение, почти исчезли под напором импортных поставок. Другие сохранились, но ограничили свое развитие внутренним рынком.Эта книга рассказывает о редком исключении. СИБУР за три десятилетия сумел на руинах советской нефтехимии создать новую индустрию: не только построить заводы, но и сформировать новую производственную и управленческую культуры. Авторы — ведущие российские журналисты — детально анализируют путь компании, ее успехи и ошибки, которые в конце концов позволили СИБУРу вывести Россию в число крупнейших производителей современных синтетических материалов в мире.Александр Дюков возглавил СИБУР в последний день зимы 2003 года. Деловые СМИ хором пророчили ему скорую отставку, не подозревая, насколько были близки к истине. Дюков имел все шансы войти в историю как последний президент СИБУРа.Консультантов СИБУР привлекал во многом тем же, чем и петербургских предпринимателей, — масштабом. Однако они смотрели на него иначе: не просто миллиарды рублей выручки и десятки производств, но потенциал развития в компанию мирового уровня.Сочетание ожиданий, что топ-менеджер должен быть способен решать задачи на уровне Конова, и постоянных «растягиваний» функционала приводило к росту качества руководящей команды. Оно же создавало условия для выгорания.Санкции не только поставили перед компанией немедленные проблемы, которые требовали решения, но и заставили ее менять ключевые компетенции. СИБУРу пришлось перепридумывать то, как он строит заводы, кому продает свою продукцию, где получает ключевые компоненты специальной химии и с какой скоростью развивает собственную науку.