УБ Чертята (12+)

Вторая половина XIX века. Среди дремучих лесов и непроходимых болот берет свое начало река Кирга. Может, еще с монголо-татарских времен пошло это название, а может, пришлые люди или каторжане дали ей имя. Много ручейков и речек впадает в Киргу, пока не поворачивает она к селу Харлово. А в селе Харлово есть местечко Чертята, которое со временем расширялось, расстраивалось и стало называться Чертяцкой сотней. И у всех почти жителей Чертят была одна фамилия, и все они были друг другу хотя и дальними, но родственниками. О непростой жизни обитателей Чертят с их повседневными делами и заботами правдиво, без выдумки и приукрашивания рассказывает эта книга.Мария Панфиловна Сосновских родилась в крестьянской семье и сызмальства познала крестьянский труд. Прошла все круги построения социализма: сплошную коллективизацию, раскулачивание, полуголодное колхозное существование… Впоследствии ею были написаны книги «Переселенцы», «Чертята», «Детство и юность», образующие трилогию, которая…Вторая половина XIX века. Среди дремучих лесов и непроходимых болот берет свое начало река Кирга. Может, еще с монголо-татарских времен пошло это название, а может, пришлые люди или каторжане дали ей имя. Много ручейков и речек впадает в Киргу, пока не поворачивает она к селу Харлово. А в селе Харлово есть местечко Чертята, которое со временем расширялось, расстраивалось и стало называться Чертяцкой сотней. И у всех почти жителей Чертят была одна фамилия, и все они были друг другу хотя и дальними, но родственниками. О непростой жизни обитателей Чертят с их повседневными делами и заботами правдиво, без выдумки и приукрашивания рассказывает эта книга.Мария Панфиловна Сосновских родилась в крестьянской семье и сызмальства познала крестьянский труд. Прошла все круги построения социализма: сплошную коллективизацию, раскулачивание, полуголодное колхозное существование… Впоследствии ею были написаны книги «Переселенцы», «Чертята», «Детство и юность», образующие трилогию, которая повествует о доле русского крестьянства.